Моей родины больше нет
В далекой резервации Форт-Бертольд, где ветер носит пыль и солнце палит безжалостно, живут молодые фермеры Кали и Джед Райдер. Их мир — это бескрайние прерии, где трава шелестит под ногами, а небо пронзают крики птиц. Но внезапно все меняется. Нефтяные компании, как стая волков, наводняют эти края, обещая золото и процветание. Но что они оставят после себя?
Райдеры — гордость своего племени, мандан, хидатса и арикара. Они ведут хозяйство на земле, которая им досталась от предков, и не хотят продавать ее ни за какие коврижки. Но нефтяные компании не привыкли слышать «нет». Они давят на них, как на пружину, обещая несметные богатства и угрожая потерями. Но Кали и Джед знают цену своей земле. Для них это не просто участок, это память о предках, похороненных здесь, это традиционный образ жизни, который они хотят сохранить.
Фильм показывает, как нефтяной бум раскалывает общину. Одни видят в нефти шанс на процветание, другие — угрозу самому существованию. Райдеры становятся голосом сопротивления, но их борьба — это не только защита имущества, но и сохранение памяти о предках и традиционного образа жизни. Они документируют ущерб, обращаются в племенные советы и государственные органы, но бюрократические преграды и непонимание делают их изоляцию все больше и больше.
Финал фильма оставляет зрителю хрупкую надежду и опустошенные ландшафты. Будущее сельских общин Северной Дакоты висит на волоске. Но Кали и Джед не сдаются, даже когда силы на исходе. Их борьба — это борьба за право на чистое небо, за право на память и за право на традиционный образ жизни. Это борьба за право на свою землю. И эта борьба продолжается.